Даниэль Ольбрыхский:
«…это действительно опасно и очень интимно»

Легендарный актер польского и мирового кинематографа, театральный артист высочайшего класса, единственный славянин, награжденный орденом Почетного Легиона, вот уже полвека кружащий голову женщинам — все такой же прекрасный — снимается сейчас в Москве.
Культовый герой фильмов гениального режиссера Анджея Вайды, Даниэль стал звездой в 17 лет — в начале шестидесятых.
— Голова не закружилась? (Вопрос Марины Мурзиной, «Аргументы и факты online», 10.11.2007)
— Как сказать… Я себя, конечно, очень любил. Но любой психолог скажет: чтобы полюбить других, сначала надо полюбить самого себя. Я был счастлив самим собой и потому мне было легче удивляться и любить других. И я себя убедил, что мне повезло и со мной все в порядке.
— А сейчас продолжает везти?
— Есть работа, и дома, у вас, где меня удивляет и радует, что многие польским артистом интересуются, приглашают сниматься. Я до сих пор — кормилец. А стал им в 16 лет. Зарабатывал и актерством, и боксом, и каскадером немножко. Кормил родителей и старшего брата, ученого. И счастлив, что в 16 лет именно я ходил на охоту и приносил мамонта. Приношу и сегодня. Сейчас снимаюсь у Григория Константинопольского в фильме «В гостях у Sкаzки». Есть еще одна интересная идея, сценарий «Ницше в России» — философ попадает в современную Москву прямо из сумасшедшего дома. И вот человек, писавший, что Бога нет, уничтоживший Бога и воспевший сверхчеловека, попадает в страну, где Бога убивали каждые 7-10 лет! Здорово придумано.
— Не опасно играть такого героя?
— Куда опаснее играть Гамлета, это же… чокнутый человек. Но Гамлета и Ромео мне играть поздно. У нас в театре я играю Короля Лира.
— Все о Шекспире знаете?
— Кто-то читает и пишет о нем, а я живу им, каждый вечер, рождая его из своей крови, из своего сердца, нервов. И еще хочу показать все это другим: посмотрите! И чтобы им было интересно. Вот это действительно опасно и очень интимно, гораздо интимнее, чем просто прочесть Шекспира, понимаете? Когда ты сам как будто становишься Шекспиром. Я на спектакле — как гид в замке, провожающий туристов и открывающий им комнаты. Чем актер талантливее — тем больше комнат он откроет. (АиФ)

Короля Лира Ольбрыхский играет на сцене Варшавского театра
«Na Woli». Он сам выбрал этот театр, когда правительство Польши к шестидесятилетию актера предложило ему назвать и пьесу, и режиссера.
Даниэль выбрал Шекспира и Кончаловского. Гамлета, Отелло, «Макбет» он уже играл. «Я не боюсь играть стариков», — и люди со всей Польши едут в Варшаву на «Короля Лира» по имени Даниэль.
Артист говорил всегда, что театр — его любовь, а кино — профессия. Вспоминает, как на студенческий курс пришел Анджей Вайда отобрать артиста для фильма «Пепел»: «Так пристально на меня смотрел, а я не люблю, когда на меня смотрят, и сам на него уставился. Вайда отвел глаза первым».
Даниэль снялся в 150 фильмах у самых знаменитых режиссеров мира, его герои говорили на семи языках.
Ольбрыхский говорил как-то, что в личной жизни он не так счастлив, как в профессии. Сейчас же, имея троих детей, внуков, живя в в получасе езды от Варшавы с третьей женой Кристиной, он говорит, что хочет стариться с одной женщиной, — и тут Шекспир бы заплакал от умиления.
Ведь даже когда просто станешь рядом с этим человеком и попросишь подержаться за его руку, ощутишь такой океан любви, который несет он и отдают ему люди, что Земля становится глобусом под ногами… 

Галина Славгородская

Все статьи номера