Они все-таки верят!

Разговаривая с Богданом Плишем, художественным руководителем камерного хора «Кредо» чувствуешь, что имеешь дело с личностью целеустремленной, амбициозной и явно знающей, чего она хочет. В течение полуторачасового интервью ясно прослеживается путь, проделанный мукачевским пареньком от учебы в родном городе до участия в престижнейших фестивалях.
— Богдан, расскажи, где и как проходило твое образование?
— В родном Мукачеве, в музыкальной школе, которую посещал одновременно с общеобразовательной. Школа эта с хоровым уклоном, и руководит ею замечательный музыкант Владимир Волонтир. Он-то и предложил мне заняться дирижированием. Получилось, правда, не сразу.
Затем был приезд в Киев. Почему-то запомнились показавшиеся огромными двери консерватории. Попытка поступления была неудачной, но меня заметили и «перенаправили» в Институт культуры. Из него уже перевелся в консерваторию. Судьба была ко мне благосклонна по части учителей — в Институте культуры я занимался у Михаила Гринишина, а дирижерско-хоровой факультет консерватории оканчивал у Льва Венедиктова, человека, попасть в класс к которому стремятся практически все наши студенты. Затем был год работы в школе и вновь консерватория — факультет симфонического дирижирования, который в этом году я закончил.
— А как возникла идея создания хора?
— Я регентствовал в храме Архангела Михаила, и как-то в руки попали ноты «Демественной литургии» Александра Гречанинова, сочинения, долго бывшего под запретом. Расширив хор за счет студентов, я его исполнил и записал. Иосиф Франц пригласил нас выступить на одном из своих концертов в Андреевской церкви, и эта музыка была тепло принята. Правда, затем был год перерыва в нашей деятельности. Но как-то собрались (ведь существовали на чистом энтузиазме) и запели вновь. Так что с 2003-го года мы существуем как творческая единица.
— То есть, у вас есть официальный статус?
— В том то и дело, что нет, но об этом потом. На одном из наших выступлений побывал Николай Гобдыч, руководитель камерного хора «Киев», человек, к которому в нашей среде прислушиваются. Он высоко оценил наше исполнение, обещал помощь и слово свое сдержал: до сих пор он и Леся Дычко — наши добрые ангелы-хранители, и я очень им признателен. На фестивале «Золотоверхий Киев» мы с Киевской камератой исполнили литургию Гречанинова впервые в Киеве. И это стало большим музыкальным событием, привлекло многочисленную музыкальную публику.
Знакомство с Лесей Васильевной Дычко открыло нам двери на Киевмюзикфест. В прошлом году мы спели в зале филармонии отделение концерта исключительно из произведений молодых композиторов: Анны Кузиной, Михаила Шуха, Валерия Антонюка, Максима Кучмеат и других.
— Каковы отношения с молодыми авторами?
— Исхожу из собственного вкуса и интуиции. Бывает, что человек приносит произведение явно слабое, но предлагает хорошие деньги за исполнение. Я безоговорочно отказываю, хотя в деньгах у нас всегда есть нужда.
— Каков состав вашего коллектива?
— В хоре «Кредо» — 33 певца. В основном студенты Национальной музыкальной академии. Средний возраст — 23–27 лет. Мы репетируем по вечерам, от 7-ми до 10-ти, и люди приходят после работы или учебы, находят в себе силы петь, откладывают свои заботы. Это достойно уважения.
— Кто в числе ваших промоутеров?
— В один прекрасный день наш диск попал к Борису Тевлину, видной московской хоровой фигуре, и он передал его в оргкомитет Московского Пасхального фестиваля. Это очень престижный ежегодный фестиваль с миллионным (долларовым) бюджетом, возглавляемый Валерием Гергиевым. И в прошлом мае мы там выступили, в Большом зале Московской консерватории. От счастья и гордости просто кружилась голова.
Заинтересовался нами племянник композитора Георгия Свиридова — Александр Белоненко. Он бывший проректор Петербургской консерватории, а ныне видный хоровой деятель в России. В 2004 году мы исполнили последнее свиридовское сочинение «Песнопения и молитвы» в Успенском соборе Киево-Печерской Лавры. Сочинение глубочайшее, высший пилотаж для хора, подтверждающее слова автора: «Духовная музыка — это музыка, осиянная святым духом».
— Где вы репетируете?
— Где придется. В основном, в академии, дай Бог здоровья ее ректору Владимиру Ивановичу Рожку. Также в Союзе композиторов — с позволения его секретаря Тамары Невенчаной.
— С бытовой точки зрения вы влачите незавидное существование…
— Все это резко изменилось бы с получением статуса.
— От кого это зависит?
— От Министерства культуры, вице-премьера. За нас ходатайствуют виднейшие композиторы и деятели культуры — Дычко, Станкович, Савчук, но… наш вопрос никак не решается.
— Каковы твои репертуарные пристрастия?
— Основными являются два направления — духовная музыка (это как очистительная купель) и современная музыка молодых.
— И последнее. В минуту отчаяния не хочется все бросить, и борьбу, в том числе?
— Не имеем права. Кредо, все-таки.

Беседовал Юрий Руцинский

Все статьи номера