Роман с...

Юрий Яковлев: “Для меня лучше износиться, чем заржаветь!”

Двадцать лет назад его, вчерашнего выпускника новосибирского театрального училища, судьба забросила на Украину. Здесь он поступил на украинский (!) актерский курс к Михаилу Резниковичу, после окончания театралки проработал несколько лет в Молодом театре, потом в Русской драме, стал активно сниматься в кино, а в один прекрасный день купил билет на поезд «Киев-Москва» и уехал. Навсегда.

— Ты приехал, вышел из здания Киевского вокзала, и…
— Все зависит от того, с какой целью актеры приезжают в Москву. Некоторые приезжают, грубо, говоря «тусоваться». Некоторые начинают активно знакомиться с «нужными» людьми, заводить деловые связи. Я решил пробиваться честным путем — распечатал уйму своих фотографий, стал методично обходить все возможные киностудии, съемочные группы. Театр пока отставил на второй план, потому что существовать в столице можно только на киношные гонорары.
— И все-таки, что ты сделал в первую очередь?
— Приехал на «Мосфильм» и переложил свою папку из стопки украинских актеров в российскую. Увы, но портфолио киевлян там даже в руки не берут.
— Что, вот так взял, переложил папку, и тут же стал московским артистом?
— Я ведь все эти годы жил в Украине, оставаясь гражданином Российской Федерации, поэтому юридически я актер русский.
— Тебя сразу же начали снимать?
— Нет, конечно. Я объехал множество театральных агентств. Это в Киеве институт актерских агентов совершенно не развит. В Москве — это уже давно налаженный бизнес. Но, все равно, даже при персональном агенте, необходимо поначалу, иметь личные связи, иначе твое «дело» будет лежать без движения. Знакомства — первый этап в продвижении. Второй, более приятный, когда уже все зависит от тебя. Он наступает после первой же работы. В Москве удивительно четко работает «цыганская» почта. Если ты действительно чего-то стоишь, это слух об этом моментально разносится в профессиональной среде. Оценивается уровень твоего таланта, а особенно, уровень внутренней дисциплины — это особенно важно. Хочешь работать — не пей, не нюхай ничего. Главное — честно и исполнительно относиться к работе, которую тебе дают.
— Ты говоришь: «цыганская почта», а это не то же самое, что наше родное отечественное «кумовство»?
— Нет! Там могут посодействовать вообще незнакомые люди. Просто достаточно в разговоре упомянуть: «Видел Яковлева на площадке, отлично работает, профи!», — и пошло-поехало. Или вот год назад я познакомился с нашим соотечественником Лешей Горбуновым. Он, впервые увидев меня, рассказал, что запускается новый проект, без бандитов, без стрелянины, хороший философский фильм «Край лета». Я дал ему свои фотографии, он передал их режиссеру. В итоге я снялся в роли второго плана, сыграл бывшего военного хирурга. Леша бескорыстно поделился информацией, передал фотки, и все. Никакого кумовства. Простая человеческая помощь.
Конечно и в Москве полно актеров, а иногда вообще не имеющих к театру и кино людей, которые, пользуясь связями, влезают в работу. Но, если они не подтверждают протекцию мастерством, к их услугам больше никогда никто не обратится.
— А если российская «мега-стар» порекомендует московской киногруппе украинского актера. Все так же пройдет как по маслу? Тебя ведь Горбунов рекомендовал уже как москвича.
— Возможно, будут поначалу смотреть с иронией, недоверчиво. Но все зависит от личности протеже, насколько он подтверждает свое умение работать. Если он профессионал, его примут нормально.
— Такая, мягко говоря, ирония у москвичей только по отношению к украинским артистам? Как дела обстоят у белорусов, прибалтийцев? О грузинах можно и не спрашивать.
— Дело не в национальной принадлежности, а в темпоритме работы. Им быстрее организовать работу со своими, нежели выписывать человека из Минска, Киева или Риги. Если актер всегда под рукой, живет в Москве, то не имеет значения, откуда он изначально.
Есть еще один нюанс: украинские актеры, работающие на территории России, официально платят 30 процентов налога, а российские — 13. Разница ощутимая.
Москва сейчас много снимает на базе и минской киностудии, и киевской, и одесской, и ялтинской. В этих случаях охотно берут местных актеров. На второстепенные роли… И при этом наша киевская киностудия «Мамаду» в свои проекты приглашает 80 процентов москвичей, вместо того, чтобы кормить своих соотечественников. В том-то и дело, что это не москвичи нас не уважают, а мы перед ними лебезим. Мы сами считаем себя вторым сортом. В этом наша беда. Я считаю, что в любом государстве нужно отстаивать свой талант, свое право на работу всеми нормальными способами.
— Опуская тему неэтичности поступков — это само собой разумеется, какие способы ты считаешь не нормальными?
— Актерскую неразборчивость. Нужно четко фильтровать, где нужно сниматься, а где нет.
— А где не нужно?
— В «Окнах», в «Федеральном судье», в ток-шоу разных и так далее. В рекламе не нужно сниматься. В Москве реклама для уважающего себя актера — табу.
— Но снимаются же в ней такие «монстры», как Федор Бондарчук, Гоша Куценко?
— Думаю, что их «уломали» гонорарами.
— А за какую сумму можно заманить московскую звезду в рекламу?
— Гонорары, понятное дело, не афишируются, но тысяч сорок-пятьдесят это стоит.
— А каковы в кино ставки за один съемочный день для москвича?
— «Рядовой» актер — 200–400 долларов, «засвеченный» — 600–800, супер-стар — до бесконечности.
— Раз уж мы заговорили о деньгах, каков в цифрах московский быт? Сколько сейчас стоит снимать квартиру?
— Однокомнатная стоит от 400 условных единиц в месяц, «двушка» — от 500 до 700. В скромном районе.
— За последние два года из Киева уехало несколько актеров, и ни один не вернулся. Значит, получается удержаться, не голодать, да еще и снимать жилье. Как вам это удается?
— Москва диктует особенный режим жизни. Здесь невозможно (особенно для приезжих) тратить свое время на многочасовые кофепития, праздные разговоры за пивком. Как только расслабляешься, перестаешь работать, а соответственно зарабатывать, город сразу начинает тебя «выдаливать». Несмотря на это, я чувствую себя здесь комфортно. Мне нравится этот город, его ритм. Мне нравится, что в Москве нет «раскачки», все происходит в очень сжатые сроки. Тебя бросают в работу, а ты или «выплываешь», или нет.
— И если ты один раз не выплыл, то на тебе сразу ставят крест.
— Ну, не крест, конечно, но жирный минус. Расслабляться нельзя. Здесь сейчас не напишут уважительно, как в старину: «Бенефис отменяется по причине того-с, что господин Сверчков-Заволжский в запое-с». Это касается дисциплинарного сбоя. Кстати, если роль не сложилась с профессиональной точки зрения, случается же с любым актером, то тебе могут дать шанс попробовать себя в другом амплуа. Если ты талантлив, то обязательно состоишься. Это закон для Москвы.
— Сейчас ты умышленно делаешь ставку на кино…
— Это обусловлено, в первую очередь, материальными проблемами. Нужно на что-то существовать. Во-вторых, театральный бизнес опять-таки строится на медийных, засвеченных лицах, и нужно постараться стать таким лицом. В-третьих, в Москве сотни театров, и найти среди них «свой» — задача трудоемкая, требующая времени. Мне очень не хватает театральной работы, и в моих ближайших планах восполнить этот пробел.
— Ты уезжал из Киева, твердо решив делать карьеру в России…
— Сейчас в моей жизни произошли приятные изменения, которые снова кардинально меняют мою жизнь. Я женился.
— На москвичке?
— Моя жена, Ирма Степанова — гражданка Израиля.
— Вот это да! Как же вы познакомились?
— Мы знали друг друга много лет — вместе учились, но на разных курсах. Сразу после окончания киевского театрального института, Ирма уехала с родителями в Тель-Авив. Сейчас она ведущая актриса театра «Idish Shpil», играет на иврите, на идише, иногда на немецком…
— Сразу напрашивается вопрос, где вы собираетесь обосноваться.
— Вопрос этот пока остается открытым. Может Ирма переедет в Москву, а может так сложится, что мне тоже придется учить иврит.
— Неужели ты готов снова начать все заново?
— Для меня лучше износиться, чем заржаветь, — я не помню, кто это сказал, но это полностью отвечает моим принципам. Главное, постоянно находиться в рабочем ритме. Ведь Москва — это предел временный. Я бы хотел поработать и в Польше, и в Италии…
— …и в Голливуде…
— Нет, вот туда не тянет. Мне интересно работать для тех, кому я интересен, кто меня понимает. Американская киноиндустрия меня мало привлекает. Хотя…

Беседовала Марина Никулина

Все статьи номера